Кюннэй: «Покер — это математическая дисциплина»

Кюннэй — крутая. Она любимая певица разных поколений, которая меняла амплуа от поющего ребенка, поп-айдола, рок-дивы до женщины-вамп и каждый раз покоряла аудиторию. Она бизнесмен, успешно продвигающая азиатскую косметическую франшизу Nature Republic. Она ресторатор, которая держит успешное заведение в Старом городе. Но многие не знают об еще одном скрытом таланте Күннэй. И это тот момент, где не все согласятся, что это однозначно круто. Потому что она — одна из самых сильных игроков в покер нашей республики. А карты для многих — это азарт, блеф, игра на деньги... Сегодня в беседе с Күннэй мы постараемся понять, что такое покер сегодня и почему им увлечены люди.

— Кюннэй, давай нач­нем с детства. Играла ли в детстве в карты и если да, что это за игры были?

— Конечно, играла! Обыч­но играла летом, когда уезжала на каникулы в деревню. Вечером, когда мои братья приезжали с сенокоса, после ужина устраивали карточные баталии. В основном это были «баарыс», «тысяча».

— А в более азартные, например, в «очко»?

— Нет, в игры на везение мы почти не играли. Наши игры были или те, в которых надо думать, или те, которые веселят. Например, «Кукареку», помнишь, наверное? Игра на реакцию, когда кричишь на определенную масть кодовое слово, вроде «Привет, валет!», «Слава королю!» Мы так орали, что концом игры становился разгон со стороны старшего поколения, которое пыталось заснуть. Весело было. Про азарт хочу сказать следующее — мне никогда не везло в играх с элементом везения. Если в лотерее будет 90 выигрышных билетов из 100, я гарантированно вытяну один из десяти пустых. Так что я просто не азартный человек.

— Да, «кукареку» я помню, веселая игра. Кстати, а в покер тогда не играли? Когда впервые заинтересовалась этой игрой?

— Совсем недавно, в период пандемии. Про покер у меня тогда было стойкое предубеждение, что это игра на везение. В фильмах, в литературе эту игру всегда описывают, акцентируя внимание на крупном выигрыше и блефе как способе перехитрить оппонентов. Все это мне было не близко, кроме невезения, я не умею притворяться, поэтому считала, что это совершенно не моя игра. А во время карантина увидела, как играют мои друзья...

— И села с ними играть?

— Нет. Я устроена чуть по-другому. Увидела, как играют друзья, и после однажды как-то наткнулась на статью про покер. Оказывается, там такая глубина! Это математическая статистика, теория вероятности, высчитывание процентов, диапазонов — и меня это полностью поглотило на некоторое время. И я поняла, что это действительно интерес­но для меня. Да так, что взяла несколько платных уроков. И только потом села играть с друзьями.

— Успешно? Ведь теория теорией, но практика — немного другое.

— Покер все-таки больше про знания и стратегию. Начала играть, довольно скоро начала стабильно выигрывать. Потом я начала терять интерес к покерной игре, но не забросила, в играх начала знакомиться с новыми людьми. И среди прочих познакомилась со своим будущим наставником, Дмитрием Махаровым. Случилось это так. Однажды сели играть, с нами сел он, и я после одной раздачи попросила остановить игру, показала свои карты Махарову и спросила: «Скажи, как я должна была сыграть правильно?» И он разобрал мою игру, указал тактические варианты. Следующую раздачу тоже попросила разобрать, и тут подключился еще один парень, свою руку попросил проанализировать. В ту игру просидели до утра, анализировали. И во мне открылась вторая волна интереса, обнаружила вторую крышку покера и начала заново его изучать.

— А Махаров стал твоим тренером?

— Нет, он стал наставником. Понимаешь, он не мог мне тогда быть тренером, потому что у тренеров тоже есть уровни. Условно говоря, он как будто бы преподаватель в университете, а мне нужен был учитель начальных классов. А тренера моего уровня мы подобрали на сайте Лики Герасимовой, нашей соотечественницы. У неё с супругом и коллегами есть сайт GipsyTeam. Это один из главных сайтов по покерной тематике в России. Там в том числе вывешивают объявления о тренерстве, и я подобрала тренера своего уровня.

— И тогда ты начала думать о настоящих турнирах?

— Ага, именно в тот момент мне уже захотелось попробовать себя в покерных соревнованиях. Мечтала, смотрела онлайн-транс­ляции, представляла себя там. Это ведь как праздник — красивый интерьер, лучшие столы, свет, нарядные дилеры, классные фишки. А не просто с друзьями посиделки. Ну и вот, хорошенько настроившись, летом 2023 года полетела в Сочи, а оттуда сразу же полетела во Владивосток.

— О, я помню это, ты тогда сразу же взяла первое место во Владивостоке!

— Ага, на Ladies Event серии Russian Poker Cup во Владивостоке я взяла кубок. В Сочи тоже участвовала в женском турнире, но добралась только до пятого места. Но для первого раза было неплохо, я считаю.

— Слушай, давай немного поговорим об игровых зонах. Я, как и многие рядовые жители Якутска, о них только слышал. Какие они, чем отличаются, есть ли те, которые тебе нравятся больше других?

— Ну, то что в России азартные игры запрещены и есть официально выделенные четыре игорные зоны, ты знаешь. Это Владивосток, Сочи, Калинин­град и Алтай. Мне нравится ивенты, проводимые в Калининграде, я была там трижды. В Сочи была один раз, ну а во Владивосток, самый близкий от нас, езжу периодически, скоро опять собираюсь. В Сочи и Калининграде много людей, потому что это центр, постоянных клиентов хватает. Дальний Восток более обособленный, там меньше людей. И манера игры тоже отличается. Вообще, само по себе казино — это довольно контрастное место. Чтобы попасть в покерную зону, проходишь сначала зал с «однорукими бандитами», там кого только не увидишь! Сидят бабушки, мужчины, которые как будто прямо с работы в казино зашли. Потом рулетки, блек-джек, тоже со своими типичными персонажами, и потом попадаешь к своим, ботанам в очках.

— Ты еще несколько раз летала в Беларусь. Там ведь игровое законодательство другое, чем у нас в России?

— Да, в Беларуси казино разрешены, поэтому они везде, буквально на каждом шагу. После ухода из России крупного рума PokerStars многие российские профессионалы переехали в страны СНГ. Из-за этого там сформировалось очень плотное и сильное покерное комьюнити. Играть там очень трудно, по­этому мне вдвойне приятно, что я в главном турнире серии смогла дойти до седьмого места из 650 игроков.

— О, давай об этом поподробнее. Какие свои турниры ты считаешь своими победами?

— Так. Я выиграла два женских турнира — во Владивостоке и в Калининграде. Но к своим главным достижениям я прибавлю и выходы на финальные столы в мейн-ивентах (главных турнирах), которые собирают больше всего участников. Про Минск я уже говорила... В Калининграде заняла четвертое место примерно из 530 участников. А в прошлом году во Владивостоке наконец-то завоевала свой первый общий кубок.

— А есть мечта съез­дить, поучаствовать в турнирах в столицах казино — в Лас-Вегасе, в Макао?

— Хм-м... такого четко поставленного плана поехать и сыграть сейчас у меня нет. А так, я бы хотела слетать в Вегас, в гости к Лике Герасимовой. Она давно зовет, и было бы классно с ней посидеть, поговорить. Она сейчас играет редко, сидит с детьми, получает удовольствие от жизни.

— Кюннэй, расскажи про покерных игроков, кто они?

— О, это совершенно разные люди! За одним столом могут сидеть миллиардер, школьный учитель, пенсио­нер, инженер, студент и профессиональный игрок в покер. Стол всех уравнивает, почти всегда складывается веселая дружелюбная обстановка, где есть место и забавным шуткам, и невероятным историям. Объединяет их только любовь к покеру. Но эта любовь складывается из математического склада ума, из страсти к решению сложных задач. И это создает определенную атмосферу, которая мне очень нравится. А среди людей, которые умеют думать, в среднем высок процент тех, кто умеет общаться, быть интересным. И это один из больших плюсов этого сообщества.

— Давай разъясним, кто такой «профессиональный игрок в покер».

— Профессиональный игрок в покер — это не шулер и не «человек, разгадавший игру». Это опять же чистая математика. Если знаешь теорию игры, играешь не на удачу, а просчитывая вероятности, на анализе, то процент побед будет стремиться к 60%. Но чтобы реализовать этот пул побед в доход, надо играть много. То есть это ежедневная работа в онлайн-играх. Нужно играть около 30 турниров в день, открывая много окон одновременно. Сессии длятся по многу часов, и профессионалу требуется, не теряя внимание, стабильно играть все это время. Первые часы он постоянно подгружает новые турниры взамен тех, из которых вылетел. Чтобы сгладить дисперсию (отклонение от среднего результата), профессионалу необходимо отыгрывать по 400–1000 турниров в месяц. Тогда график прибыльности выравнивается. Здесь нужна стабильная ментальная выносливость на дистанции, а не просто гениальность на пару часов. Так что это та же работа, сидячая и отнимающая много времени и ресурсов.

— Да, если так поду­мать, профессиональная игра в покер — это точно не моя работа мечты. Слушай, есть же такое понятия «полоса неудач». Или у профессионалов его не бывает?

— Бывает, еще как. Называется «даунстрик», и он может настигнуть каждого. Это такая затяжная полоса неудач, при которой игрок проигрывает на протяжении длительного времени, несмотря на то, что всё делает правильно и принимает математически верные решения. Просто во всех играх и не только (например, при биржевых ставках), основанных на непрогнозируемых событиях, может случиться выпадение «плохих карт». Это неприятно, а для профессионала, который живет на доходы от игры, содержит семью, выплачивает ипотеку, это серьезное испытание. Ведь это психологически очень трудно выдержать, а психология человека — штука тонкая. Мало кто способен это выдерживать и не ухудшать качество игры. Человек в такие моменты может врать себе, что играет нормально, хотя это уже не так. Видимо, в этой профессии остаются те, кто способен пережить давление неудачи и сохранить свою стратегию. В Калининграде я общалась с крупным российским профессионалом Михаилом Замятиным. Он тогда сказал интересную вещь: «Вы хотите быть, как мы (профессионалами), а мы хотим быть, как вы — иметь другой источник дохода и получать от игры удовольствие». И я с этим согласна.

— Получается, ты по этой классификации любитель?

— Конечно, покер — это мое хобби. Я играю ради удовольствия, ради победы, а желание сорвать куш стоит на последнем месте. Вообще, то, что покер завязан на денежном выигрыше, для меня скорее минус, чем плюс. Ведь покер — это такая игра, где побеждать надо прежде всего себя. Свои слабости, свои импульсивные желания, гордыню. Это такая психологическая проработка себя, ну, для тех, кто умеет играть в покер. Также это профилактика мозга. Знаменитый игрок Дойл Брансон говорил, что покеристы не болеют Альцгеймером. Потому что мозг постоянно упражняется, формируются новые нейронные связи, тебе приходится всё время думать. У пожилых людей, которые играют в покер, с ментальным здоровьем лучше, чем у других, это подтверждается научными исследованиями.

— О деньгах. Ставки, чтобы поиграть, все же необходимы. О каких суммах мы говорим?

— В среднем вход в один турнир в России стоит от 30 до 50 тысяч рублей, недорогие — от 15 тысяч, самые дорогие — от 100 тысяч. Но на серии каждый день проводится по три турнира в течение десяти дней. К тому же, если ты вылетел из главного события, ты можешь сделать повторный вход и снова заплатить входной взнос. Профессио­налы на большую серию обычно закладывают около 800 тысяч — 1 миллиона рублей. Как мы выяснили, я не считаю себя профессионалом, поэтому я закладываю на поездку в среднем около 200 тысяч рублей.

— Недавно прошла новость про турнир в Якутске, который проводили ты и бренд одежды SAQA OMUK. Ты сама играла в этом турнире? Каков результат?

— Да, мы провели турнир не на деньги. Играла, и за мою голову была назначена награда (т. н. «баунти»).

Моя стратегия отличалась от обычной: мне важно было, чтобы люди получили удовольствие. Иногда приходилось ставить меньше фишек, чтобы у соперника оставался стек для игры, даже если у меня была выигрышная комбинация. А еще нужно было, чтобы меня вовремя выбили в честном бою. В итоге меня красиво выбила одна из участниц.

— Это была разовая акция или планируется ежегодное событие?

— Мы провели этот турнир как разовую акцию, но я увидела, что интерес у людей есть и что можно создать отличную атмосферу. Опять же, когда игра идет не на деньги, а ради первого места, в этом есть своя чистота. Насчет регулярной игры не на деньги у меня уже есть мысли. Но всему свое время.

— Ого, интересно! Это мечта или план?

— Уже план получается — присматриваюсь к местам, где можно было бы разместить такой клуб. В России сейчас лоббируют признание покера видом спорта, но пока он официально считается азартной игрой.

— Да, есть такой момент. Похоже, во всем мире к этой игре неодно­значное отношение?

— Да, есть страны, которые признали покер спортивной дисциплиной наравне с шахматами, шашками, го. А есть такие, где он считается азартной игрой. Самой интересной новостью на эту тему для меня стал запуск в Японии юниорского чемпионата по покеру. Там соревнуются дети от 6 до 15 лет, разумеется, каждый со своими сверстниками. Японцы посчитали, что покер — это глубокая математическая дисциплина, тренирующая ум ребенка. Игра обучает детей теории вероятности, базовой математике, быстрому устному счету и стратегическому планированию в условиях неполной информации. Также это социализация и тренировка эмоционального контроля — очень нужные навыки, которые надо развивать с малых лет. Это звучит очень вдохновляюще — на уровне страны покер признали обучающей дисциплиной.

Егор КАРПОВ