Золото якутского кино

Почему якутские фильмы окупаются лучше федеральных? По данным ресурса Cinemaplex, в первой половине 2026 года в российский прокат вышло 130 отечественных лент, однако коммерчески успешными и прибыльными оказались всего восемь проектов, три из которых были сняты кинематографистами Якутии. Напомним, что это не случайный всплеск: подобные показатели стали устойчивым трендом, причем в прошлом году это было наиболее показательно.

ЧЕМПИОНЫ ПРОКАТА

В список из восьми российских фильмов, которые смогли полностью окупиться и принести прибыль в кинопрокате первого полугодия, вошли следующие три якутские картины: «Праздник сенокоса» («Күүлэй! От кэмэ»), «Мои таёжные каникулы» («Мэхээлэчээн булчут»), «Моменты нашей жизни» («Олох түгэннэрэ»). То есть практически все значимые премьеры этого года. Вспомним, о чем эти фильмы: «Праздник сенокоса» — комедия о городском увальне, которого окрылила сила любви и помогла поверить в себя. «Мэхээлэчээн булчут» — долгожданная экранизация детского хита многих поколений с новой фишкой — анимированным и говорящим животным миром. «Олох түгэннэрэ» — полнометражное продолжение культового ситкома десятилетней давности о друзьях. В общем, фильмы были интересные (хотя по каждому были претензии к содержанию или исполнению), люди на них ходили охотно, и они закономерно отбили свои бюджеты и вышли в плюс. Лучшие показатели у «Күүлэй! От кэмэ» — более 26,6 млн рублей. А у замыкающего тройку «Олох түгэннэрэ» показатели гораздо более скромные — около 6,5 млн рублей. Видимо, аналитики Cinemaplex узнали, что производство фильма стоило микроскопических вложений, раз внесли в список фильмов, отбивших свой бюджет. Интересно, что в список не включена приключенческая комедия «Золото Тойон Бая: дневник геолога», хотя этот проект собрал более 11 миллионов рублей. Возможно, этому помешала информация о том, что продюсеры фильма выиграли федеральный грант Фонда кино национальных фильмов о Дальнем Востоке.

В прошлом году якутские претенденты были гораздо мощнее. Абсолютный рекордсмен якутского проката «Диодорова: против течения» при бюджете 6 млн рублей фильм собрал 48,7 млн рублей, что дало коэффициент 8,12! То есть фильм окупился более чем в 8 раз, обойдя по эффективности абсолютно все федеральные франшизы и блокбастеры страны. Не менее впечатляющий показатель был у молодежной драмы «Айхал»: бюджет фильма 5,5 млн рублей, кассовые сборы 37,9 млн рублей и, соответственно, коэффициент 6,89. К сожалению, в список не попал фильм «Карина» из-за нюансов производства: он выступил в прокате как фильм, произведенный в Турции. Впрочем, о бюджете производства этого фильма информации в открытом доступе нет.

ПОЧЕМУ ТАК ПРОИСХОДИТ?

Российские продюсеры смотрят на такой рейтинг снисходительно: легко отбить пару миллионов рублей бюджета, а вы попробуйте отбить бюджет в миллиард! Но пафос такого заявления в этом году выглядит максимально неудобно: по итогам первого полугодия текущего 2026 года ситуация для отечественной киноиндустрии обернулась новым антирекордом: в прокате провалились 122 российских фильма, что составляет беспрецедентные 97% от общего числа релизов. Самым коммерчески неудачным и дорогим релизом полугодия стала комедия «Холоп 3». Несмотря на то, что в июле фильм всё же смог преодолеть заветную отметку в миллиард рублей сборов, его раздутый из-за съёмок в Турции и Петровских декораций бюджет (1,2 млрд рублей) оставил авторов с чистым убытком более 800 миллионов рублей. А ведь мы помним, что франшиза «Холоп» начиналась как один из самых финансово удачных проектов отечественного кинопрома. Первый фильм со скромным бюджетом в 160 млн рублей окупился многократно, принеся создателям фантастические три млрд рублей! «Холоп 2», снятый за 768 млн рублей, принес около четырех миллиардов прокатных денег. И вот третья часть, стартовавшая в этом июне, показала печальный результат.

Это наглядно показывает системную ошибку — снятые на государственные деньги (часто на невозвратной основе) картины приносят убытки чаще, чем окупаются. Так что защита, основанная на масштабе финансирования, который надо отбить, несостоятельна.

Причем есть в российском прокате коммерчески успешные проекты, которые не финансировались Фондом кино, но тем не менее показали отличную кассу. Самый показательный в этом плане — это, конечно, «Непосредственно Каха», вышедший 2020 году. Фильм, снятый за 55 миллионов рублей частных инвестиций, заработал в прокате 569,5 млн рублей, показав коэффициент окупаемости 10,3. И это при том, что на фильм обрушился «убийца кассы» BadComedian (Евгений Баженов) и большинство отзывов были очень негативные. Сам фильм снят на основе одноименного очень популярного Ютуб-сериала, и его очень условно можно притянуть к жанру низовой карнавальной комедии. Но у сериала была преданная фан-база, которая массово пришла в кинозалы и проголосовала рублем.

Но этот фильм все же снят за 55 миллионов рублей — это бюджет, к которому якутские кинокартины по сей день не приблизились. Так, может, якутская модель заработка в киноиндустрии уникальна и ее нельзя повторить? На это можно возразить примером из одной соседней страны.

КАК ЯКУТСКУЮ МОДЕЛЬ ПОВТОРЯЕТ КЫРГЫЗСТАН

В конце мая в Якутске прошел I Международный фестиваль студенческих и дебютных короткометражных фильмов «Хоту Илин». Там эксперт из Кыргызстана Айзада Амангельды удивила заявлением, что у нее в стране ежегодно снимается около 80 фильмов и почти каждую неделю выходит по две новинки отечественного производства.

Действительно, сегодня Кыргызстан переживает бум частного коммерческого кинопроизводства, который во многом повторяет путь якутского кинопрома. В кинотеатрах Бишкека и других городов республики местные картины уверенно удерживают до 60–70% от всех кассовых сборов, опережая голливудские блокбастеры и российские релизы. Голливуд собирает кассу только в первые дни, в то время как киргизские хиты могут идти в прокате месяцами благодаря «сарафанному радио».

Большинство фильмов сделаны, что называется, «на коленке», а бюджеты картин в среднем от 1 млн до 3 млн рублей. Но тем не менее часть из них окупается многократно, и доход от фильма тут же идет на производство нового фильма. Фильмы снимают вчерашние «квнщики», сегодняшние популярные блогеры, в кино охотно снимаются местные театральные актеры за символические гонорары. Очень похоже на начало якутского проката! Мы помним, как «Кэскил» или «Паранормальный Якутск» также снимались за ничтожные деньги и что именно они дали первые деньги, реинвестировав которые, по сути, начал развиваться якутский кинорынок. Эксперты признают, что фильмы у кыргызов до сих пор очень сырые, в основной своей массе они явно проигрывают якутским фильмам. Можно было бы списать это отставание более поздним стартом, но фильм «Салам, Нью-Йорк», ставший толчком зарождения кинобума, был снят в 2013-м, что сопоставимо с началом успешным якутских киноэкспериментов.

Что же отличает кыргызское кино от якутских? Самое основное различие — это огромная аудитория. Кроме того, это самостоятельная страна с семью миллионами жителей, серьезные картины хорошо прокатываются в Казахстане и в других тюркоязычных странах. Показателен в этом смысле фильм «Рай под ногами матерей», вышедший совсем недавно, в 2024 году. Лента показала феноменальные кассовые сборы для центральноазиатского кинематографа и окупила свой производственный бюджет (около $100 000) более чем в 30 раз. Где прокатывался и сколько заработал?

В Казахстане — более $1 000 000 (около 450–500 млн тенге). Это главный коммерческий триумф проекта. Фильм возглавил местный бокс-офис и всего за первые четыре дня проката собрал свой первый миллион долларов, обойдя по сборам «Дюну 2» и «Кунг-фу Панду 4».

В кинотеатрах РФ чистые сборы составили 59,4 млн рублей. Фильм шел ограниченным тиражом (менее чем в 100 кинотеатрах), но благодаря «сарафанному радио» среди диаспор в России и некоторых странах СНГ собрал более 84,3 млн рублей (около $1 020 000).

И на родине, в Кыргызстане, сбор составил около $1 100 000 (около 95–100 млн сомов). Проект официально стал самым кассовым и прибыльным национальным фильмом 2024 года, удерживая абсолютное лидерство в кинотеатрах Бишкека и регионов на протяжении многих месяцев.

Успех фильма также обеспечил сюжет, который вряд ли можно скопировать у нас. 35-летний Адил, мужчина с разумом 8-летнего ребенка, живет в маленьком селе со своей престарелой мамой, которую очень любит. Узнав, что тот, кто пешком доставит мать в священный город Мекку, гарантированно попадет в рай, Адил решает везти её через полмира на обычной ручной тачке, запуская масштабное и полное опасностей путешествие. Есть что-то похожее на сюжеты местных фильмов, однако тема ислама, сближающая зрителей многих стран, в Якутии вряд ли сработает.

Сейчас якутский кинематограф активно осваивает метод финансирования через гранты, питчинги, и это дает довольно неплохие результаты. Однако с самого начала процесса перехода от чисто частного инвестирования к частично с господдержкой не утихает полемика о нужности и вреде подобного подхода. Но шедевры вроде «Не хороните меня без Ивана», «Диодорова. Против течения», «Дыгын Дархан», подтверждают — деньги от госструктур имеют положительное влияние.

Егор КАРПОВ