Первый исследователь политической ссылки Якутии

Он был первым краеведом республики и автором первого сборника, рассказывающего об истории политической ссылки в Якутии. Исследовал родной край, возглавлял отряд Индигирской экспедиции, стоял у истоков создания Национального архива, записывал фольклор и воспоминания старожилов, писал очерки, статьи, фельетоны и книги, а также редактировал главную республиканскую газету. Как один из ярких представителей якутской интеллигенции, в 1938 году он попал под маховик сталинских репрессий. Получив большой срок, провел в местах не столь отдаленных два года. В какой-то мере ему повезло, следователи признали свою ошибку, суровый приговор отменили, а дело прекратили по реабилитирующим основаниям. Его имя навечно внесено в Книгу памяти Якутии. В нашем историческом экскурсе рассказ об известном историке и публицисте Модесте Кротове.

Модест родился в 1899 году и воспитывался в большой семье губернского секретаря. Его отец, потомок русских поселенцев с Колымы, титулярный советник Александр Александрович Кротов до революции возглавлял Якутскую областную типографию, затем трудился в областном казначействе, а после установления советской власти работал заведующим отдела при Наркомате финансов ЯАССР. Мать, Екатерина Алексеевна, окончила Смольный институт благородных девиц в Санкт-Петербурге — первое в России привилегированное женское учебное заведение закрытого типа, положившее начало систематическому женскому образованию в стране. Она в совершенстве владела французским языком, немного говорила по-якутски и до октябрьского переворота работала учительницей начальных классов. Наверное, нужно отметить, что мать героя нашей публикации является одной из основательниц системы дошкольного образования республики — после 1922 года она заведовала детскими яслями и садами, была инспектором дошкольного воспитания.

У Модеста было три брата и сестра. Все они позже стали известными людьми. Николай был учителем, ударником просвещения и трудился заведующим естественно-научным отделом в краеведческом музее Якутска, Виктор стал известным ученым, доктором географических наук, профессором и долгое время возглавлял Восточно-Сибирский филиал Академии наук в Иркутске. Третий брат Михаил прошел Великую Отечественную войну, был награжден медалями, работал начальником Управления по делам печати при Совнаркоме и заместителем председателя Госплана Якутии. Сестра Валентина после окончания университета осталась в Иркутске, работала в закрытом институте.

Впрочем, вернемся к рассказу о жизни героя нашего исторического эссе, который в 1916 году окончил реальное училище и поступил на горный факультет Томского технологического института.

В самый разгар Гражданской войны, в 1921 году, Модест был вынужден прервать свое обучение и вернуться на родину. В Якут­ске в это время как раз шла ожесточенная борьба между красными и белыми, охватившая Якутский, Вилюйский, Колымский и Верхоянский округа.

По прибытии в город Кротова сразу призвали в армию и направили на службу в военкомат. Именно в это время 22-летний Модест впервые заинтересовался темой политической ссылки и революционного движения в Якутии. Днем он трудился в военкомате, по вечерам, когда Якутск находился на военном, а потом на осадном положении, вместе с другими военнослужащими ходил в патруле. По ночам читал материалы. В местном архиве ему выдавали на дом пачку из 15–20 дел ссыльнопоселенцев в неделю.

Знакомиться с делами бывшего областного и полицейских управлений он начал в ноябре 1922 года. Вскоре в первом номере журнала «Красная Якутия» появилась его первая статья, написанная под псевдонимом «М.А.К.». Она рассказывала о революционере-народовольце Льве Когане-Бернштейне, казненном в Якутске в 1889 году за участие в вооруженном протесте. Это событие вошло в историю сразу под двумя названиями: «Якутский бунт» и «Монастыревская трагедия». Второй материал Кротова вышел в 1923 году в этом же журнале и был посвящен якутской политической ссылке.

Когда было изучено уже более 600 дел людей, сосланных к нам в Якутию в период с 1863 по 1917 год, Модест стал мечтать о выпуске отдельной авторской книги на эту тему. И дабы не откладывать исполнение своей мечты, 3 июля 1923 года он написал письмо в Москву, в Общество политкаторжан, основанное Феликсом Дзержинским, Яном Рудзутаком и Емельяном Ярославским.

Из письма Модеста Кротова:

«На всех политических ссыльных составлял карточки, которые дают интересный статистический материал (происхождение, род занятий, половой и возрастной состав «государственных преступников», характер «преступлений», время, проведенное в ссылке и т. п.), а также немало материала для их био­графий. Остановлюсь кратко на материале 1863–1889 годов. Кого только не повидала Якутская область за это время: тут едва ли не первый сосланный в область «политический преступник» подпоручик лейб-гвардии Григорьев (распространял «преступные» прокламации среди солдат еще в 1862 году); каракозовцы во главе с И. Худяковым, сошедшим с ума в Верхоянске от тоски и безлюдья; Чернышевский и Короленко; участники демонстрации на Казанской площади 6 декабря 1876 года Гурович, Буриот и др.; видные пропагандисты Ковалик и Войнаральский (процесс 193-х); один из первых рабочих-революционеров П. Алексеев, погибший в глуши якутской тайги; организатор Чигиринского бунта Стефанович; чернопеределец Аптекман; ряд народовольцев (Гаусман, казненный в Якутске в 1889 г., Белевский и др.); члены «Северно-русского рабочего союза» (слесарь Гусев И. А.), «Южнорусского рабочего союза» (Доллер, Кизер В., Кашинцев и др.) и т. д.»

Кстати, это письмо сохранилось в архиве известного советского историка Бориса Козьмина. В 1922–1935 годах он заведовал редакцией издательства политкаторжан и журнала «Каторга и ссылка». Книгой о якутской ссылке в издательстве заинтересовались, и в 1925 году она вышла в Москве тиражом в четыре тысячи экземпляров. По словам советского историка и библиографа Александра Ратнера, в издание вошли 11 очерков, рассказывающих об истории ссылки в Якутскую область, расселении ссыльных, условиях их жизни и занятиях, взаимоотношениях с населением и полицией. Там же были интереснейшие материалы о побегах ссыльных. Самыми ценными для якутских исследователей были собранные автором архивные сведения о 285 политических ссыльных.

Предисловие к книге написал один из руководителей большевистской революции в Сибири, историк Гражданской войны Владимир Виленский-Сибиряков, впоследствии также репрессированный. Он отметил, что книга, написанная Модестом Кротовым, «представляет собою первую исследовательскую работу о якутской ссылке, основанную на исторически достоверном материале, который можно комментировать, дополнять, но который должен лечь в основу будущей истории якутской ссылки». А революционер и известный историк-архивист Сибири Вениамин Вегман в одном из номеров журнала «Сибирские огни» за 1927 год отметил, что «описанием всех злоключений, которыми ознаменовала себя якутская ссылка, Кротов подтвердил, что ссылку в Якутскую область вполне справедливо считали «живой могилой ума и души» и способом медленного убийства царским правительством его политических врагов».

С 1923 года Модест стал постоянным автором журнала «Каторга и ссылка», где печатал свои статьи и публиковал редкие и уникальные документы из Якутского архива. Кстати, именно он впервые опубликовал следственные материалы о гибели в якутской ссылке революционера Петра Алексеева. В дальнейшем издательство не раз обращалось к истории якутской ссылки.

С 1927 по 1927 год Кротов был заместителем редактора газеты «Автономная Якутия», где печатался под псевдонимами Алексеевич; К.; К-в; К-ов и другими. В интернете, к примеру, сохранился его фельетон, написанный более века назад и посвященный теме бродячих собак в Якутске (да-да, сто лет прошло, а проблема так и не исчезла). А вообще, номера этой газеты сохранились в отделе периодики Национальной библиотеки.

Позже, в течение нескольких лет, он заведовал отделом в Центральном архиве ЯАССР. В 1931 и 1932 годах возглавлял один из отрядов Индигирской экспедиции. Во время этого путешествия Кротов побывал в Русском Устье. В своей рукописи «Русские в низовьях Индигирки», хранящейся в архиве Якутского филиала СО АН СССР, он подробно описал быт и хозяйство русскоустьинцев. Пообщавшись со сказителями, записал местный фольклор: былины, сказки, старинные песни, а также пословицы и поговорки.

Затем трудился ответственным секретарем эксперт­ного совещания при Совнаркоме ЯАССР. 16 сентября 1938 года к его дому подъехал «черный воронок». В тот же день Модеста Кротова арестовали. Началось следствие. Ему предъявили обвинения по трем пунктам «популярной» в то время 58-й статьи УК РСФСР — участие в вооруженном восстании, вредительство и организованная контрреволюционная деятельность.

7 июня 1939 года Верховный суд ЯАССР вынес «врагу народа» свой вердикт — двадцать лет лагерей. Однако определением Верховного суда РСФСР от 8 апреля 1940 года приговор был отменен, дело возвращено на доследование. 24 сентября того же года вышло постановление НКВД ЯАССР

о прекращении дела по реабилитирующим основаниям.

После своего освобождения Кротов работал в Госплане ЯАССР на должности начальника сектора территориального планирования. За хорошую работу неоднократно получал благодарности и премии. Был награждён медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов». До 1960 года трудился в Гос­плане Якутии, потом вышел на пенсию.

Всего ему принадлежит свыше 80 печатных работ по истории революционного движения и Гражданской войны в Якутии, среди самых известных книг автора — «Родная Якутия» (Якгиз, 1952 год и Якутское книжное издательство, 1957 год), сборник «На Севере дальнем» (Москва, издательство «Советская Россия», 1957 год), «Якутская ссылка 70–80 гг.» (Москва, историко-революционная библиотека журнала «Каторга и ссылка», 1925 год), «В просторах Индигирки» (1934) и другие.

Модеста Кротова не стало в 1966 году, он похоронен на Вилюйском кладбище. Его дочь Леонтина много лет преподавала античную литературу в ЯГУ, а сын Виктор руководил «Якутгражданпроектом».

Подготовила Яна РОЖКО

В материале использованы данные Национального архива, Национальной библиотеки, Якутского государственного объединенного музея истории и культуры народов Севера и других источников.