Далбахса и далбахта/далбахты

Знаете ли вы эти якутские слова? Те якуты, автохтонные предки которых жили здесь со времен мамонтов и шерстистых носорогов, до последних времен любили носить наспинные накидки из звериных шкур. Называли этот вид одеяния «далбахса».

НАКИДКА ПУТНИКА И ОХОТНИКА

Мездровая часть шкуры, конечно же, обработанной скобелем и хорошо промятой, накидывалась со стороны спины шерстью наружу. Тепло спине, не сильно промокает при осадках (видели в кино, наверное, ранцы со свисающим клапаном из коровьей шкуры с шерстью на спинах фашистских солдат. Шерсть, чтобы с нее стекали капли дождя, а содержимое ранца не мокло). Также с накинутой далбахса поняга (деревянный наспинный станок для переноски тяжестей, напоминающий современные рамочные рюкзаки) не трет спину. Вещь практичная и удобная. В особенности в межсезонье — осенью да весной.

Старики говорили, что некоторые охотники называли далбахса не обыкновенную накидку из звериной шкуры, а специально сшитое пончо (проще объясняя — «юбку на шею»). Иногда и с капюшоном. То есть это был уже аналог солдатской плащ-палатки. С началом советского времени для этого использовали не только кожу, имевшую определенные свои недостатки, особенно при частом намокании, но и современные материалы типа брезента. Осталось лишь понятие, что далбахса — это накидка от непогоды. Отдельные любители старины продолжали носить в тайге и классические далбахса из звериных шкур вплоть до конца 80-х гг., как мой дед Муотаан, кадровый охотник.

Анабарская кольчуга — образчик русских кольчуг XVII века. Найден пионерами в местности Халанча на р. Солима в 1965 году

БОРЦЫ

Вспоминая исторические предания якутов, невозможно не вспомнить другую одноименную накидку. Также называли волчью, медвежью, рысью, росомашью шкуры, накидываемые на борца или бойца, выходящего на ритуальный поединок. Накидывали шкуру на голову и все тело борца, чтобы невозможно было угадать его личность. Борец под ручку с помощниками-арыалдьыт входил в борцовский круг, пятясь на полусогнутых ногах, т. е. спиной вперед. По команде оба борца, выпрямляясь, сбрасывали накидку оземь и резко поворачивались друг к другу. С этого момента, собственно, и начиналась борцовская схватка. В современное время не раз использовали этот момент в народных танцах, спорте, представлениях, театральных постановках. Наверное, первым ввел этот элемент в хореографию этнотанцев знаток старинных обычаев и обрядов, хорео­граф-постановщик Иоаким Избеков — Уустаах. На рубеже 80–90-х удалось с ним плотно пообщаться и перенять большое количество уникальных исторических и этнографических сведений. В том числе нюансы вот этого входа борцов в круг в звериных шкурах. Естественно, делалось это не только для сохранения инкогнито борца, но здесь и связь с родовым или личным тотемом атлета. Связь была и с древними ритуалами перевоплощения человека в тотемного зверя в битвах посредством напускания на себя (или напускания при помощи ойууна) измененных состояний сознания, так называемого илбис (боевая ярость, боевой транс или, как называл это А. Е. Кулаковский, «страсть к действию оружием»). Состояния, напоминающие слепой гнев скандинавских воинов-медведей — берсеркеров, а также состояние амок малайских воинов с кинжалами-керис, представлявших, что в бою превращаются в тигра или леопарда. Вспомним и многочисленные тайные общества людей-леопардов, людей-львов, людей-крокодилов из Западной и Центральной Африки, которые тоже практиковали прак­тики боевого транса, отож­дествляя себя с тотемным животным. В боевом трансе «человек-отряд» накидывался на группу врагов и был нацелен лишь на их уничтожение, а после победы с трудом мог остановиться и прийти в режим обыкновенного состояния. Вспомним здесь и исторические предания о бөрө бөтүҥнэр (бетюнцы-волки), одетых в волчьи далбахса и при штурме завывающие по волчьи. Лет пятнадцать назад якутские единоборцы попытались в очередной раз скрестить кикбоксинг и хапсагай — назвали хаҥыл хапсаҕай. То есть, не мудрствуя лукаво, добавили борцовские броски к технике кикбоксинга. Отличием был лишь вход бойца на ринг в звериной шкуре.

Но этот же эффектный ритуал уже вводил судья международной категории Александр Куприянов в показательные выступления по кикбоксингу еще в начале 90-х.

КОЛЬЧУГА

Открываем словарь якутского языка Э. К. Пекарского и находим слово далбахты. Слово взято из эпического словосочетания куhаҕан далбахты, под которым понимается «кольчуга». Далбахты и далбахса вполне созвучны. В эпосе встречается и тимир далбахта в том же значении — «железная кольчуга». Считается, что кольчуга не является предметом вооружения, характерным для тюрко-монгольских народов, особенно для сибирских. Фрагменты кольчуг были найдены в ранних погребениях Кудыргинского могильника на Алтае, датируемого VI–VII вв. Другой фрагмент был найден в Прибайкалье в могильнике Куркут, датируемой VI–Х вв. Также были найдены обрывки кольчуг в Релкинском могильнике. Были ли кольчуги у якутов или их предков? Исследователь военной культуры якутов Федор Васильев (с ним тоже довелось мне в свое время общаться и дискутировать в кулуарной обстановке) приводит в своей монографии якутское название кольчуги — тиэрбэс иилэҕэс куйах («доспех из нанизанных колец»). В преданиях нет-нет, а упоминается и тиэрбэс куйах («доспех из колец»). В исторических преданиях о средневековых вооруженных столкновениях между верхоянскими хоро и эгинцами упоминается и другой термин, означающий кольчугу — барымта. Уже выявили несколько названий кольчуг. Стало быть, кольчуги могли быть в ходу у якутов. Так ли это? В Крае­ведческом музее есть кольчуга. Она русского производства, XVII века, но к Якутии и Сибири не имеет никакого отношения — прислана из Государственного исторического музея в Москве. В Саскылахском музее видел кольчугу из плоских колец, концы которых зафиксированы штифтом. Данная кольчуга была найдена крае­ведческим пионерским отрядом на анабарской речке Суолума (Солима) в местности Халанча в 1960-е годы. Была спрятана под камнями на пике небольшого гольца. Судя по технологии, это тоже образчик работы русских кузнецов XVII века. Однако имеются на руках краеведов и фрагменты древних (слипшихся в комки) кольчуг из разных пределов Якутии.

Фрагменты (слипшиеся от коррозии) кольчуги мелкой вязки из северо-запада Якутии. Частная коллекция

В ЭПОСЕ

В олонхо, особенно в эпосе северо-западных якутов, попадается иногда выражение хаалым тириитэ далбахта, то есть панцырь из шкуры хаалым. Давайте рассмотрим теперь это слово — что означает, каковы корни? Параллели якутского слова хаалым распространены с Монголии и до Таймыра. Нганасанское колиинг, тунгусское калим, монгольское халиму, халим — все эти слова означают крупного морского млекопитающего кита. Якутское хаалым также означает, во-первых, кита, во-вторых, в виде имени прилагательного означает крупность, «гигантскость» предмета — якутский шаманский бубен хаалым дүҥүр можно интерпретировать и как крупный, т. е. подобный киту, либо обечайку-куойа бубна видеть в качестве свернувшегося дракона с торчащими по хребту шипами. Обыкновенно считается, что слово это монгольского происхождения. Однако, скорее всего, на наш взгляд, слова эти восходят к китайскому 海龍 хайлун «морской дракон». Вполне подходит для чудовищно большого морского животного, кажущегося неким мифологическим явлением, а не живым существом, в силу огромного размера. В «Сравнительном словаре тунгусо-маньчжурских языков» и указывается связь эвенкийского слова калим с китайским через посредничество маньчжурского. Правда, само исходное китайское слово не указано. Хотя, может, я и ошибаюсь, приплетая к хаалым морского дракона. Однако безусловно ясно, что присутствует китайское 海 хай «море; морской». К 海龍 хайлун команда В. И. Цинциуса относила эвенкийское калун, маньчжурское кайлун, письменно-монгольское халиҕун «выдра». Однако выдра не столь подходит для визуального и массо-габаритного сравнения с морским драконом. Насчет доспеха хаалым далбахта — можно предположить, что это изделие было сшито из крепкой толстой кожи морских животных по типу кожаного чукотского доспеха — из кожаных полос, нашитых друг поверх друга, по принципу перевернутого складного стакана.

ЭТИМОЛОГИЯ

Основа слов далбахса, далбахта, далбахты, конечно же, далба.

В письменно-монгольском далба означает «парус; флаг; костюм борца», бурятском далбаа «свисающий лоскут», калмыцкое далва «нечто плоское и широкое; парус; крыло птицы». Напоминает и якутское далыс «нагрудник шаманского кафтана». В тунгусо-маньчжурских языках далыс «флаг; знамя; пола кафтана», письменно-монгольское дали «крыло», древнемонгольское далубчи, монгольское далавч, даль «костюм борцов», орокское дали «шаманский бубен». То есть далбахса и далбахты — это нечто развевающееся, колыхающееся. С оттенком расширения книзу. Кольчуги тоже бывают с более широким развевающимся нижним подолом, наподобие колокольчика.

Владимир ПОПОВ