Главная » 2021 » Декабрь » 9 » "Главное, чтобы шакалом не назвали!"

"Главное, чтобы шакалом не назвали!"

Двадцать лет назад в «ЯВ» вышло интервью с замначальника РУБОП (Региональное управление по борьбе с организованной преступностью. — Прим. ред.) Петром ПЕТРОВЫМ под названием «Заветная мечта опера — выспаться!». На минувшей неделе в честь профессионального праздника — Дня полиции — мы снова с ним встретились.

— Петр Николаевич, ну как, выспались?
— Да, конечно, хотя эти двадцать лет наполнены многими событиями. Даже был главой администрации поселка Павловск, три года отработал.
— Чего-то добились на этом посту?
— Можно сказать, продвинул строительство новой школы. В начале двухтысячных дети учились в старом деревянном здании, уже ветхом. Тем не менее, надо отметить, что среди ее выпускников немало архитекторов. Поэтому, став главой, сразу поинтересовался документами на строительство новой школы. Оказалось, что их нет, а есть только протокол собрания, на котором присутствовал первый президент республики Михаил Николаев. Да, к тому времени на месте будущей школы стояло свайное поле, и на этом процесс застопорился. Выяснил, что на этом участке было захоронение животных, погибших от сибирской язвы, и поэтому строить нельзя. Главный санитарный врач республики запретил.
— Ну, понятно, как же иначе?
— Нет, я не успокоился. Обратился к Нюргуну Тимофееву, он в то время уже работал в Москве. Он устроил мне прием у главного санитарного врача России Геннадия Онищенко. К нему я приехал с обычным набором северных гостинцев (копченая рыба и др.). Зашел в кабинет, подарил, он улыбнулся, говорит секретарю: «Я занят». Сели за стол, я ему все рассказал в красках, как дети зимой бегают на улицу в туалет, как холодно в старом здании, оно, глядишь, вот-вот развалится. Он вызвал своих двух замов, поручил им решить вопрос.
 Неужели решили?!
— Да, над скотомогильником возвели бетонный саркофаг необходимой толщины и построили новую школу. Но это уже было не при мне, строительство все же долгий процесс. На открытии я был, пообщался с педагогами, все были очень рады благоустроенному, современному зданию.

Справка «ЯВ»
Тимофеев Ньургун Семёнович (7 февраля 1963 года – 13 декабря 2017 года) — российский политический деятель, народный депутат Государственного собрания (Ил Тумэн) Республики Саха (Якутия) III, IV созывов, председатель Государственного собрания Республики Саха III созыва (19 мая 2005 года – 2 марта 2008 года).

— Хм, все же сибирская язва — это не комар чихнул…
— Ирина, сколько жителей Павловска за последние двадцать лет заболели этой язвой? Ноль. Стало быть, саркофаг дает надежную защиту от нее.
— За это время не пожалели, что рано ушли на пенсию?
— Нет, хотя мог бы еще работать. Тут вот в чем дело. В то время я не мог тебе откровенно рассказать о том, почему ушел. Сейчас, по прошествии двадцати лет, можно. Дело в том, что тогда на меня поступила кляуза в Управление собственной безопасности, где было написано 17 пунктов-доводов, почему меня надо считать бандитом.
— Ого! И вас настоятельно попросили уволиться?!
— Я сам ушел. Проверка ничего не нашла, хотя рыли, конечно, на совесть. Это же какое громкое дело было бы: замначальника РУБОП сам бандит! Меня спасло то, что каждый мой шаг я оформлял в виде рапорта и визировал у начальника, замминистра или министра. Эти документы из моего оперативного дела меня и вытащили. Но мне было обидно, что проверка вообще была.
— Кто кляузу-то написал?
— Двое коллег, я знаю их прекрасно. Один уже ушел в мир иной, другой — на пенсии. Они еще долго успокоиться не могли. Уже когда я был главой администрации Павловска, мне пытались предъявить двойное убийство в Нижнем Бестяхе, в зале игровых автоматов. Приехал оперативник аж из Москвы, мы с ним встретились, переговорили. Я ему назвал фамилии, на чьих агентурных данных была построена версия моего соучастия. Как оперативник оперативника он меня понял.
— И? Дальше что?
— Дальше нашли настоящего убийцу, никакого отношения к нему я не имел. Говорю же, долго пытались из меня бандита сделать.
 Я так полагаю, в той кляузе упоминался знаменитый балаган в районе улицы Семена Данилова, где вы, Петр Николаевич, сажали березки с лидерами так называемых этнических криминальных группировок.
— Я этого никогда и не скрывал. Помню, меня по этому поводу наш министр вызывал на «ковер», Валерий Сергеевич Федоров (к сожалению, сейчас генерал-лейтенант тяжело болен, мы, ветераны МВД, желаем ему скорейшего выздоровления). Я ему объяснил, зачем всё это нужно.
— Напомним молодым читателям, зачем?
— В 90-е годы, которые сейчас называют «лихими», в Якутске разразилась настоящая криминальная война за право владения рынками. Думаю, что некие силы специально стравливали их друг с другом. Одним говорили: «Рынок — ваш», другим — то же самое.
Были кровавые разборки, перестрелки, убийства. Кто-то «ушел» на Маганский тракт навечно, другие — в тюрьму. Остановить этот беспредел можно было только одним способом — воззвать к разуму лидеров, недаром же они стали ими. Собрал я их в ресторане «Белый медведь», поговорил с ними в духе: «Наши предки вместе пришли в долину Туймаада, и отсюда разошлись в разные стороны, но это не значит, что, вернувшись сюда, вы должны соперничать друг с другом. Мы все — братья по крови, мы все — саха! Кому выгодна эта междоусобная война, подумайте хорошенько!». И тогда решили построить балаган, посадить аллею Дружбы. Так прекратилась «криминальная война».
— А пересадить всех в тюрьму и вся недолга? Тоже прекратилась бы…
— Говорить о верхневилюйцах, нюрбинцах и т. д. как о криминальных группировках не было основания. Это были сообщества по принципу землячества. Мы тогда с тобой об этом говорили, и сегодня я повторю: если из школьного класса двое угодят в места не столь отдаленные, мы же не будем считать этот класс преступной группировкой?! Не было прямых доказательств причастности данного землячества к преступной деятельности.
— Захотели бы, нашли, я думаю.
— А смысл? Пересадить всех в тюрьму, сломать жизни молодых людей. Зачем?! Сама жизнь все расставит по местам.
 Да, конечно. Один из тех, кто был в разработке вашего ведомства, уже много лет является главой улуса.
— Ты говоришь о Владимире Поскачине. Да, Владимир Семенович — прекрасный политик, он много сделал и делает для развития и процветания своей малой родины.
А если бы в то время его упекли в места лишения свободы?! Получили бы тоже лидера, но уже криминального мира, о последствиях чего лучше не думать… Поэтому я до сих пор горжусь тем, что сумел нивелировать саму суть междоусобных разборок между улусами.
— Сейчас криминальный мир поменялся. В какую сторону, как вы считаете?
— Намного больше стало интеллектуальных преступлений, мошенничеств в интернете, дистанционных. Всё в духе времени. Намного меньше стало грабежей. Теперь уже никто не срывает меховые шапки на улицах!
— Да-да, кому они сейчас нужны-то? Это раз. Во-вторых, большинство уже в вязаных ходят. И карманников не стало вроде, налички-то нет, с картой же возни много. Сейчас уже звонками достают! Петр Николаевич, вы «засветились» в скандале со стройкой Гамлета Петросяна возле площади Орджоникидзе. Что это было? При чем тут вы?
— С Гамлетом я знаком давно, он же в Якутии уже почти всю свою жизнь. И тогда было объявлено об общественных слушаниях, по результатам которого должно было состояться голосование. И я пришел на них в поддержку Гамлета с 60-ю парнями. Понимаешь, каким был бы результат? Поэтому голосование быстро отменили. Я там выступил, поддержал Петросяна, сказал, что в этом доме местным можно будет купить квартиру в рассрочку. Согласись, насколько это выгоднее ипотеки? И именно в поддержку местных я призвал к кличу «Уруй! Айхал!». А видеоролик смонтировали так, как будто это прозвучало после фамилии «Петросян» . Даже смешно!
— Парни из «Үс Түмсүү» были наверняка?
— И оттуда тоже. А почему с таким негативом к этой общественной организации? Наоборот, я их очень поддерживаю, ведь те, кто в ней состоит, не будет устраивать драки просто потому, что им некуда выплеснуть молодую энергию. Они воспитываются в духе боотуров, защищающих слабых, стоят на стороне добра, придерживаются якутских традиций. Это чем плохо?
— Так, значит, вы — националист?
— Вот любите же вы ярлыки клеить: то бандит, то националист! Я воспитан в Советском Союзе, где царил интернационализм. До сих пор у меня друзья и знакомые разных национальностей. Абсолютно разных! И давайте уже в тему: у меня прекрасные отношения с ворами в законе Суреном (он как-то был в Якутии, сам в Армении), с Олегом из Хабаровска и другими. Еще раз подчеркну, что национальность человека не имеет для меня особого значения. Но тем, что я — саха, горжусь, так как искренне люблю свою родину.
 Стало быть, вам, как стороннику «Үс Түмсүү», импонирует мэр Якутска Евгений Григорьев?
— Я его с молодых лет знаю, были знакомы, когда он еще учился в Москве,. Очень хороший молодой человек. Главное, чтобы его не испортили и чтобы он сам не испортился.
А так дали бы ему больше времени быть мэром, лет десять, как минимум, чтобы Якутск расцвел, как полагается. У него это должно получиться. А то ведь у нас мэры почему-то долго не держатся. Хорошо еще, на повышение идут. В случае с Айсеном Сергеевичем это абсолютно правильно. Такого уровня интеллектуала среди губернаторов России, на мой взгляд, немного. В то же время он — настоящий мужчина. Вот только непонятно, зачем он женщин на ответственные посты министров и замминистров ставит?
— Что за сексизм? Чем женщины хуже мужчин в роли руководителей?
— Не хуже, это факт, но с министра надо спрашивать по-мужски, можно даже стукнуть кулаком и не только по столу. С женщиной же такое не прокатит, она в обморок может упасть…
— Понятно. Чем еще интересна ваша жизнь на пенсии?
— Надо сказать, что после выхода в отставку развелся с женой по личным обстоятельствам. Дети уже взрослые были, так что на них не сильно это отразилось.
— И что, до сих пор холостяк?
— Семь с половиной лет холостяковал, пока не встретил свою нынешнюю жену. Она моложе меня. И я так переживал, когда решил сделать предложение. Тогда мы в Финляндии отдыхали. Ужинаем в ресторане, значит, и я протягиваю ей коробочку с кольцом (здесь в Якутске купил) со словами: «Предлагаю тебе руку и свое израненное сердце, чтобы провести остаток жизни вместе». А она молчит. Ну, все, думаю, подбирает слова, чтобы мягко отказать и не сильно обидеть. Она очень культурная, тактичная, умная женщина (два высших образования). И после паузы любимая отвечает: «Я согласна провести с тобой остаток жизни, и мы будем лечить твое израненное сердце». Как я был счастлив в тот момент! Правда, потом, когда вернулся в Якутск, завертелся в делах, редко виделись. И через некоторое время звонок от нее: «Можешь забрать нас там-то?» — «Да, конечно!». Подъезжаю, а она с дочкой и кучей чемоданов. «Вы куда?» — спрашиваю. А она: «К тебе! Мы же пожениться должны или ты уже забыл?!». Вот это да!
Привез их в свою новую квартиру, а там никакой мебели нет, только матрас на полу, подушка и покрывало. С этого и началась наша семейная жизнь, в которой через год появился наш сын. Ему сейчас 12 лет, школьник.

Петр Николаевич подумал и продолжил:
— Вот сейчас моя душа в них, я каждый день радуюсь тому, что они у меня есть. И чувствую себя виноватым в том, что не уделял столько же внимания своим детям прежде. Тогда работа была на первом месте, они меня видели-то от случая к случаю. Я столько пропустил событий в их жизни, толком не видел, как они росли, развивались, баловались и т. д. Поэтому хотелось бы донести до молодых отцов: чаще, как можно чаще общайтесь со своими детьми, не жалейте для них времени! Они очень быстро растут, оказывается…
— Сын, почти подросток, не стесняется, что вы — довольно пожилой для папы?
— Нет, пока не замечал. Однажды кто-то сказал: мол, дедушка, а он так упрямо заявил: аҕа (отец в переводе с якутского. — Е. И.). Сам-то я вырос без отца, и это не очень хорошо, когда над мальчишкой нет того, кого нужно слушаться. Для меня таким человеком свое время стал белый шаман Владимир Кондаков. Мы с ним крепко дружили. Он меня многому научил.
— Помогал вам в оперской работе? Ну, типа, труп спрятан там-то, убийца прячется там-то…
— Нет, он же не экстрасенсом был!
— Помнится, вам в 1994-м году сам президент Михаил Николаев вручил почетную грамоту и именные наручные часы. За что?
— За раскрытие восьми убийств прошлых лет, «висяков», скажем так.
— В той статье, с которой начался наш разговор, вы в то время жаловались на материально-техническую базу. И, понятно, что зарплата милиционеров была не ахти. Сейчас вы, случаем, не испытываете белой зависти к нынешнему поколению, служащему в полиции? Стать полицейским становится хорошо — госслужба, соцпакет, неплохая зарплата и другие «плюшки».
— Я очень рад этому! В той же статье, помнишь, я на твой вопрос: «Вы считаете, завтра будет лучше, чем сегодня?» ответил: «Любой отец мечтает, что его сын будет жить лучше». Вот и наши, условно говоря, «сыновья» работают в лучших условиях, чем мы в свое время. Но в то же время я бы пожелал, чтобы они были немного душевнее, чутче, человечнее, что ли. Недавно такое со мной произошло. Пошел в аптеку, нужных мне лекарств там не было, перешел через дорогу в другую, и тут патруль ППС подъехал, задержали меня за то, что в неположенном месте перебежал. А у меня, как назло, ни документов с собой, ни телефона. Повезли в отдел. Я прошу: «Вот мимо моего дома проезжаем, давайте я вам документы сейчас вынесу». Не согласились, все-таки отвезли в отдел, протокол составили. Там-то я сказал, что ветеран МВД, а они мне: «Ну, тем более, знаете, что закон не надо нарушать!». Конечно, знаю, но уж домой-то можно было завезти за документами. А так три часа пришлось потерять…
— Да уж, сходили в аптеку! Ваше поколение сотрудников МВД уже аксакалы, все на пенсии, ветераны. Кого особенно вам не хватает как коллеги?
— К сожалению, с годами наши ряды редеют, особенно в последнее время из-за коронавируса. Я бы многих назвал поименно, они все для меня дороги, но вспомню того, кого весь угрозыск республики чтил, как старшего брата — Егора Петровича Васильева.

О ПЕТРОВЕ
Время своей работы руководителем подразделения по борьбе с организованной преступностью в Республике Саха (Якутия) я вспоминаю с большой гордостью и отношусь с уважением к тем людям, которые были рядом со мной в те сложные для страны и республики времена. Не считаясь с личными проблемами, со сложностями в быту, в семье, все как один работали, обеспечивая правопорядок и спокойствие людей. Одним из них является подполковник милиции Петр Николаевич Петров. Он в то время был первым заместителем начальника УБОП при МВД Республики Саха (Якутия). Петр Николаевич — очень ответственный и преданный своей работе человек. Он человек команды. Благодаря его руководству оперативной работой курируемых отделов наше управление было в курсе всего происходящего в криминальном мире и в обществе в целом. Нам с Петром Николаевичем, во взаимодействии с другими правоохранительными органами республики, МВД Республики Саха (Якутия) удалось организовать работу таким образом, что у нас в Якутии криминала во власти, разгула преступности на улицах не было, в отличие от других регионов страны.

Петр Николаевич — надёжный товарищ и друг. Я восхищаюсь его мудростью и ответственностью к порученному делу и думаю, что наука и государственные органы потеряли в лице Петра Николаевича хорошего руководителя, а МВД Республики Саха (Якутия) обрело настоящего профессионала. Я рад и горжусь тем, что, находясь на пенсии, нам с Петром Николаевичем не стыдно смотреть друг другу в глаза. Генерал-майор полиции Ефрем Васильевич Романов, 23 года проработал на различных должностях в системе МВД Якутской АССР и Республики Саха (Якутии) до 2003 года. С 2003 по 2006 годы в Центральном аппарате МВД России, затем до 1 января 2015 года начальник УМВД России по Оренбургской области, далее главный инспектор МВД России, с 4 декабря 2019 года в отставке. Общий стаж работы в МВД более 43 лет.
 А вы привились от коронавируса?
— Нет, у меня пока противопоказания, но обязательно сделаю вакцину, обязательно. И призываю всех своих знакомых, коллег, ветеранов МВД поставить прививку. А что меня удивляет, это то, почему нет широкой пропаганды вакцинирования? К примеру, как выборы, так весь город, все столбы заклеены агитацией, за месяц эти лица уже надоедают. А про необходимость сделать вакцину ни одного плаката не вижу.
— Краем уха слышала, что вас иногда называют «Бөрө Бүөтүр». В вольном переводе с якутского это «Волчара Петр». Не обидно?
— Да пусть называют, как хотят, только бы не шакалом.
— Что бы вы пожелали своим коллегам в День милиции (полиции)?
— Понятно, что главное — это здоровья, особенно в наше время в связи с этой пандемией! Это касается и ветеранов, и молодого поколения. Своим сверстникам пожелал бы не стареть душой, быть активными, заниматься физкультурой, почаще бывать на природе. А молодым — работать, не жалея сил, и в то же время больше уделять внимания своим родным и близким, чтобы у них был гармоничный баланс между работой и семьей. Всем — мирного неба над головой!
— Спасибо, Петр Николаевич, за беседу! Дай Бог, встретимся еще через двадцать лет.
— Говорят, в том будущем всю работу будут делать роботы, но я надеюсь, что человек все же останется главным!

Ирина ЕЛИСЕЕВА, фото предоставлено героем материала

Популярное
Комментарии 0
avatar
Якутск Вечерний © 2022 Хостинг от uWeb