Главная » 2022 » Март » 25 » В Якутии выявлялись разные подвиды омикрона

В Якутии выявлялись разные подвиды омикрона

 

Скользя вниз с очередной ковидной волны, якутяне расслабились. Следом пополз коллективный иммунитет — коронавирус уже не кажется таким страшным. Между тем пандемия готовится к новому штурму. И не исключено, что мы уже знаем, что такое «стелсомикрон». Заместитель руководителя республиканского оперштаба по противодействию распространению коронавируса Ольга Балабкина не раз говорила о том, что COVID-19 с нами надолго, если не навсегда. За два предыдущих года якутяне хорошо выучили ее фамилию. Именно Балабкина была главным рупором пандемийного фронта. Сегодня мы спросили у нее, стал ли омикрон панацеей. Как говорится, есть мнение, что этот, как правило, нетяжелый коронавирусный штамм сам победит всемирную болезнь, зарядив нас всех иммунитетом.

Ольга БАЛАБКИНА:

— Однозначно ситуация с распространением коронавируса в республике стабилизируется. Сегодня мы отслеживаем даже не количество заболевших, а тяжелые формы протекания омикрона. Действительно, этот штамм переносится гораздо легче предыдущих, количество госпитализированных больных стало меньше. При этом, что особенно беспокоит, снижается коллективный иммунитет. По последним данным, он в республике находится на уровне 58% — это выше, чем в среднем по России, но в лучшие времена коллективный иммунитет якутян доходил до 70%. Почувствовав кажущуюся легкость омикрона, люди стали меньше вакцинироваться. Последние глобальные события также в какойто мере оттеснили пандемию на второй план. Но коронавирус никуда не исчез, он пришел к нам надолго. Поэтому раз в полгода необходимо вакцинироваться, чтобы снизить вероятность заболевания.

— Но мы же видим, что постепенно снимаются ковид-ограничения. Это создает иллюзию, что ковид отступает. И вроде бы нет необходимости бежать на прививку.

— Это иллюзия. Омикрон со своим более легким протеканием все равно остается опасной коронавирусной инфекцией. Он по-прежнему оказывает влияние на самые разные системы человека — от сердечно-сосудистой, мышечной до неврологической и поражения зрения.

— Ольга Валерьевна, и все-таки можно ли говорить, когда якутянам разрешат снять маски?

— Не думаю, что этот срок можно прогнозировать. Ковид остается достаточно заразным заболеванием, передающимся воздушно-капельным путем. Поэтому существуют два способа его избежать: предохраняться — носить маски и использовать санобработку — и вакцинироваться. Рекомендации их совмещать сохраняются.

— Не могу не согласиться с тем, что мы внутренне стали гораздо беспечнее. В январе мне самому довелось пережить ковид. Так вот, пока с группой других больных в скорой везли на компьютерную томографию, люди едва ли не хвастались, у кого это второй раз, у кого третий. А ведь буквально еще год-полтора назад информация о ковидном больном ложилась черным пятном на всех жителей многоэтажки. Человек ко всему привыкает. Но что нас ждет впереди? С востока наступает новый штамм «стелс-омикрон», он в Якутии уже появился?

— У омикрона есть разные виды, не только «стелс». По данным Роспотребнадзора, в январе, когда в республике была пиковая нагрузка, у нас выявлялись и другие подвиды омикрона. Возможно, там был и «стелс». Возможно! Мы следим за сообщениями ученых и видим, что «стелс» умеет хорошо скрываться. В любом случае это коронавирус, и меры противодействия его распространению остаются прежними. Опасаться того, что какойто новый штамм будет тяжелее предыдущих, оснований пока нет. Но, повторю, нельзя говорить, что легкое протекание является гарантией безопасности. Даже в самой легкой форме COVID-19 может нести очень серьезные последствия для здоровья.

— В каком уголке республики сегодня наиболее сложная эпидситуация и кого, может быть, хотите похвалить?

— У нас есть район, который я могу только хвалить, — это Аллаиховский. Они вовремя достигли коллективного иммунитета и стабильно показывают низкий уровень заболеваемости.

— Аллаиховский вряд ли можно считать показательным: очень низкая плотность населения тормозит развитие эпидемии.

— Да у нас полреспублики с такой плотностью. Но почему-то именно в Аллаиховском районе ситуация стабильно находится под контролем — это исключительно результат принимаемых там мер. Что же касается наиболее беспокоящей нас территории, то это, к сожалению, уже традиционно Мегино-Кангаласский район. Для меня он самый уникальный и загадочный: он как стартанул в начале пандемии, так заболеваемость и не снижается. Мы принимали там самые разные ограничительные меры, изучали опыт противодействия коронавирусу в других субъектах Российской Федерации, неоднократно проверяли больницы, помогали им, усиливали работу административной комиссии, но Мегино-Кангаласский улус остается в «красной зоне».

— Но должно быть какое-то объяснение, почему под боком столицы республики не гаснет очаг заболевания?

 — У меня есть предположение, но оно требует подтверждения. Возможно, все дело в большом количестве не прикрепленного к поликлиникам населения. Мы видим по больницам и статданным, сколько людей находится в Мегино-Кангаласском улусе. Но, скорее всего, там много незарегистрированных жителей. Если мы не имеем точной картины численности населения, то, соответственно, не можем оценивать необходимые меры и прогнозировать ход распространения заболевания. Мы знаем, сколько вахтовиков прибывает в Нерюнгринский, Мирнинский, Алданский, Ленский районы. Исходя из этого, разрабатываем стратегию, мобилизуем ресурсы. А когда миграция хаотичная, не поддающаяся учету, делать это сложнее. Перепись подтвердит или опровергнет мои предположения. Но еще раз повторю, что вспышки бывают в разных районах, а Мегино-Кангаласский стабильно находится в зоне нашей особой тревоги.

— Кислорода и лекарств для тяжелобольных в республике достаточно?

 — С этим никаких проблем нет, создан необходимый задел. Мы понимаем, как действуют логистические цепочки. Два года жизни в условиях пандемии не прошли для нас даром.

— В России отменили годовые проверочные работы в школе, сославшись на всю ту же пандемию. Вы можете это как-то прокомментировать применительно к республике?

— Это было решение Рособрнадзора. Одновременно сообщили, что государственные экзамены в 9-х и 11-х классах сохраняются в прежние сроки. Люди, принимавшие такие решения, владеют ситуацией по всей стране. Мне что-то комментировать здесь сложно, будем выполнять. Да, у нас ситуация стабилизируется, но мы готовимся к различным вариантам развития событий. Новые очаги продолжают появляться. К примеру, последний зарегистрирован в Олекминске. Не знаю, может быть, некоторый рост заболеваемости там вызван встречами без масок жителей с кандидатами в мэры…

— Ольга Валерьевна, здесь бы хотел отойти от темы. Вы родом из Алданского района, как зампред правительства курируете Олекминский. В апреле в обоих там пройдут выборы. Пандемия пандемией, но за выборами следите?

— Я слежу за любыми выборами в республике, поскольку потом мне — и как заместителю председателя правительства, и как заместителю руководителя оперштаба — работать с этими людьми. Но как чиновник я не имею права агитировать за кого-либо.

— А как Ольга Балабкина?

— Если бы я ушла в отпуск и занялась выборами, в бытность депутата Ил Тумэна мне пришлось пройти несколько избирательных кампаний, чему-то научилась, то как член «Единой России» я однозначно поддерживала бы кандидата партии — здесь без вариантов. Но скажу сразу, что глава республики не давал мне насчет выборов никаких распоряжений. Круг моей ответственности очерчен, и это не только борьба с пандемией.

— За эти два года вы стали одним из главных медийных лиц в Якутии. Не устали от такого внимания?

— Сейчас не то время, когда можно мыслить категориями «устал — не устал». Два года мы все работаем на износ. Это касается представителей самых разных сфер жизни. Но главная нагрузка все же легла на медиков. Здравоохранение выстояло. Но давайте их пожалеем. Давайте прививаться.

Сергей СУМЧЕНКО.

Фото: Газета.ру

Популярное
Комментарии 0
avatar
Якутск Вечерний © 2022 Хостинг от uWeb