Что открыли берестяные грамоты Якутского острога?

Два года назад Якутск пополнил список российских городов, в которых были найдены берестяные грамоты. Об уникальном научном открытии общественность узнала 22 июля 2024 года. Археологам предстояло провести кропотливую работу по реставрации документов. Рассказываем, что им удалось в них прочесть.

ЯКУТСК 1700

Раскопки проходили на территории городской застройки Якутска XVII–XVIII веков. Это был уже четвертый острог, поставленный на берегах Лены. Как известно, первый из них Петр Бекетов заложил в 1632 году. Именно с этой даты отсчитывается история вхождения Якутии в состав Российского государства. Постройки располагались в 70 километрах от нынешнего центра республиканской столицы. Затем из-за регулярных паводков и затоплений их переносили.

Окончательное место административного центра сформировалось в 1683 году. Но и оно недолго просуществовало в первозданном виде. В 1701 году в результате пожара в соборной церкви острог значительно пострадал. Город начали постепенно восстанавливать, а спустя несколько лет возвели и первое каменное здание: им стала приказная изба.

Археологические работы проходили всего в паре кварталов от нынешнего здания правительства Якутии — между улицами Петровского и Каландаришвили на пересечении улицы М. Жиркова. Наложение карты 1775 года позволило исследователям идентифицировать остатки постройки, на месте которой были обнаружены грамоты, как воеводскую канцелярию. Подтверждает это и один из фрагментов — берестяная закладка, на которой написано «Из Якутской воеводской канцелярии». Это было главное здание, из которого осуществлялось управление всей областью.

СЕНСАЦИОННЫЕ НАХОДКИ

Грамоты археологи датируют периодом 1712–1717 годов. То есть временем развития Якутска после пожара. Специалисты утверждают, что это редчайшие памятники письменности. Сегодня их можно наградить сразу двумя превосходными степенями: они являются одновременно самыми поздними по датировке документами на бересте и самыми восточными по месту находки. До этого открытия науке не были известны делопроизводственные материалы на бересте на территории Сибири.

По характеру использования бересты эти грамоты ближе к новгородским: там сложилась практика письма вдоль волокон коры. Московские грамоты отличались тем, что на них писали, напротив, поперек. Тексты на якутских документах написаны скорописью чернилами. Дошедшие до нас фрагменты имеют проколы и места склейки, что привело ученых к выводу о том, что это части тетради.

Сохранились находки благодаря особым условиям культурного слоя Якутии. Он сочетает в себе два ключевых параметра: высокую влажность (а она, как известно, не сильно страшна бересте) и низкий доступ кислорода. Чтобы документы окончательно не разрушились, специалисты обработали их дистиллированной водой, распрямили и высушили под прессом без доступа к свету. После этого им удалось прочесть часть содержимого.

ПЕРЕПИСКА XVIII ВЕКА

Всего за два года раскопок археологи нашли 14 фрагментов берестяных грамот. Большая часть из них относится к ясачной книге. Самые употребляемые из распознанных учеными слов: «взято», «ясаку» и годы. По сути, это была книга учета, в которой фиксировался сбор натурального налога. Чаще всего по упоминаемости там встречаются слова «соболя» и «крас­ной лисы», что позволяет понять, шкуры каких животных ценились больше всего. Так как размер ясака был невелик — не более одной шкуры в год, а большинство распознанных имен христианские, исследователи пришли к выводу, что в грамотах идет речь о сборе налога с «новокрещенов», то есть тех, кто недавно принял православие.

Самым ценным документом стал фрагмент переписки с олюторской ясачной избой. Этот острог был основан в 1714–1715 годы «якутским сыном боярским» Афанасием Петровым на берегу Берингова моря. Возможно, крупный каллиграфический почерк и принадлежит его перу. Находка стала одним из самых ранних письменных свидетельств освоения Камчатки. А также подтверждает статус административного центра Якутска. На протяжении значительного времени острог был столицей всего Дальнего Востока — именно через него шел основной поток переписки с Москвой. Отсюда же воеводы направляли указания на места.

Находки археологов подтвердили развитость делопроизводственной практики в Якутске. Вместе с тем благодаря им стало известно, что на северо-востоке России она адаптировалась к местным природным условиям: вместо привычной бумаги использовалась более стойкая береста. Ученые продолжают разбирать содержание грамот: их фотографии они планируют разобрать в ультрафио­летовом и инфракрасном спектрах.

ВАЛИДАТОР ПРОШЛОГО: КАК В ЯКУТСКОМ ОСТРОГЕ ПОДТВЕРЖДАЛИ ПОДЛИННОСТЬ ОФИЦИАЛЬНЫХ ДОКУМЕНТОВ

С момента своего основания в 1632 году Якутск закрепился как один из ключевых торговых пунктов. Через него проходили пути многих купцов. В это время перед государством возник вопрос о контроле «оборота» для пополнения казны. Поэтому во многих городах Сибири была возрождена практика применения печатей. О ее широком распространении говорят найденные археологами футляры, в которых хранились такие штампы. Один из них в итоге стал прообразом герба столицы республики.

«БОЧОНКИ» ДЛЯ ХРАНЕНИЯ ГОСУДАРЕВЫХ ЗНАКОВ

Эти внешне схожие с бочонками предметы — только карманного размера — предназначались для хранения подвесных печатей. Футляры сделаны из дерева. Датируются XVII–XVIII веками. Именно тогда они получили широкое распространение в Сибири. Археологи, проводившие раскопки на месте построек Якутского острога, назвали их одними из самых выразительных находок. Всего они обнаружили 90 подобных изделий и их заготовок.

Значительная концентрация футляров для печатей на небольшом участке исторического центра города свидетельствует об устойчивой практике делопроизводства. Они защищали подвесные печати от воздействия внешней среды. Те в свою очередь были гарантией подлинности документов. Специалисты считают, что также их применяли для опечатывания товаров, грузов и сопроводительных документов. Сама необходимость их использования диктовалась возросшими объемами торговли российского государства на Дальнем Востоке.

ГОСУДАРЕВА ПЕЧАТЬ

Практика использования подвесных печатей имеет древнее происхождение и получает широкое распространение в Римской империи. На Русь же она, скорее всего, пришла из Византии. Подвес­ные печати заменяли собой подпись в официальных документах. У каждого владельца она была индивидуальной и менялась в зависимости от статуса владельца: если он рос в ранге, то это стремились отобразить и в изображении или подписи печати.

В XVII веке у российских государей было три печати: для документов о сношениях с великими державами, прочими государствами и подчиненными. К тому времени металлические — иногда серебряные, но преимущественно свинцовые — печати стали сменять восковыми. Вероятно, тогда и появилась потребность в создании футляров для их сохранности.

Внедрение печатей для документооборота сибирских городов начали в XVII веке. Государственная казна после Смутного времени нуждалась в пополнении. Именно «рухлядь» — пушнина — стала одним из самых значимых источников дохода. Но истинных масштабов «торгового оборота» в Москве не знали. Борис Годунов в наказе тобольским воеводам писал, что торговые люди «исторговався, ездят на Русь, а сибирские городы объезжают, и воеводам не являютца, и товаров своих не записывают, и государевы десятинные пошлины не платят». По этой причине он поручил создать гостиные дворы для торговли. Однако, скорее всего, более эффективной стала практика обязательного получения грамот с печатями воевод. Это был своего рода способ борьбы с «контрабандой».

Было у этого метода и уязвимое место. Воеводы использовали личные печати, которые в Москве были «неведомы». В своей административной деятельности они их применяли до 1635 года. То есть в Ленском остроге, заложенном тремя годами ранее, эта практика не успела сложиться. Чтобы искоренить ее, а заодно и самоуправство воевод, в столице начали создание городовых печатей. Кроме того, они позволяли вводить дополнительный налог — печатную пошлину.

В «Окладной книги Сибири» 1697 года упоминаются два десятка уездов региона и их центров. Согласно ей, на тот момент собственной печати не было только у Удинского острога. Якутская печать на тот момент стала не только широко употребимой, но и одной из самых известных.

ИСТОК ГЕРАЛЬДИЧЕСКОГО СИМВОЛА ЯКУТСКА

Городовые печати делали в Москве и оттуда уже рассылали по сибирским городам. Они предназначались для скрепления дел и официальных бумаг. В рассылаемых воеводам наказах — они были, как правило, типовыми, с незначительными приписками исходя из особенностей местности — главной задачей было «радеть о государевой прибыли». Поэтому подвесные печати стали незаменимым инструментом фискальной политики страны. А также — символом воеводской власти, можно сказать, «мандатом» московского царя.

Известно, что якутская печать воеводе Петру Головину была выдана в 1638 году. Ее первое применение, как и таможенной печати, было зафиксировано в 1641 году. Таможенная печать была одной из самых известных в то время. На ней, согласно описанию, изображался обращенный вправо «таможенный барс», который «изымал», то есть поймал, соболя. Текст гласил: «Печать Сибирского государства великие реки Лены таможенная». Такие геральдические символы были типичными для сибирских городов и отображали главное богатство края — пушнину.

К слову, на тот момент таможенные печати еще не были обязательными. Закрепились в практике они во второй половине XVII века, когда была проведена таможенная реформа и введен «рублевый» сбор с продажи и провоза товаров. Наличие ее в Якутском остроге доказывает, что уже на тот момент торговля через город шла активно.

Городовая или же воеводская печать несколько отличалась. В ней соболя держит не барс, а орел — символ российского государства. На ней был выбит текст: «Печать государева новые Сибирские земли, что на великой реке Лене». Хранилась она в «съезжей» или приказной избе во избежание злоупотреблений.

До наших дней дошла проезжая грамота 1644 года. «К сей проезжой грамоте государеву, цареву и великого князя Михаила Федоровича всеа Русии печать новые Сибирские земли что на великой реке Лене, приложил стольник и воевода Петр Петрович Головин лета 7152-го году июля в 7 день», — говорится в документе. В нем сообщается, что «племянник торгового человека Луки Офонасьева Пежемца» идет на соболиный промысел из Якутска вниз по реке Лене и вверх по Вилюю. Перечисляется его товар, налог, который собран с его попутчиков. В отношении же самого получателя грамоты сказано: «с того у него хлебного запасу и промышленного заводу в Якутцком остроге в таможне государевы десятой и отъезжие пошлины не взято, потому как он будет с соболиного промыслу, и у него возмется государева десятая пошлина мяхкою рухлядью собольми». То есть казна будет пополнена не деньгами, а натуральным налогом по возвращению.

«ДОЛГОВЫЕ РАСПИСКИ» ЯКУТСКОГО ОСТРОГА: КАК В ПРОШЛОМ ЗАКЛЮЧАЛИ СДЕЛКИ

Появление первого укреп­ленного поселения российского государства принесло на берега Лены и новые формы торговых отношений. Об их развитости свидетельствуют находки археологов — счетные бирки. При своей кажущейся примитивности они заменяли собой разные виды документации. Познакомиться с «векселями» XVII–XVIII веков можно на выставке «Якутский острог: сохраняя историю, строим будущее. Новые открытия» в Музее археологии и этнографии СВФУ.

«ЗАПИСНАЯ КНИЖКА» КУПЦОВ

Счетные бирки археологи находили еще в антич­ных поселениях. Однако наибольшее распространение они получили в Средневековье и Новое время. Это простая и надежная форма учета представляет собой продолговатые деревянные палочки с зарубками. Они были удобны для фиксации долговых обязательств. Например, если у покупателя не было с собой нужной суммы денег, а товар был ой как нужен.

На самом деле, бирками они стали называться намного позже. Так как люди обычно носили их с собой, то на Руси эти предметы именовали «нос». Отсюда и выражение «заруби себе на носу». То есть «запиши свой займ».

Кроме того, такие «документы» позволяли вести торговлю неграмотным. В российском законодательстве бирки считались официальным подтверждением обмена вплоть до 1917 года. Купцы, отправляя мешки с товаром, прикрепляли к ним подобные «платежные требования». Так со временем они и трансформировались в современные нам бирки. Только сегодня стали информативнее: содержат не только цену, но и состав, размер и производителя.

СРЕДНЕВЕКОВЫЕ КРЕДИТЫ

Применение бирок было чрезвычайно разнообразно. Их использовали не только в торговой, но и хозяйственной и административной практике. Они помогали фиксировать количество товаров, объемы платежей. По мнению археологов, полезны подобные зарубки были и в сборе ясака.

Специалисты условно разделяют бирки на счетные и кредитные. Первые были своего рода бухгалтерской книгой. А вот вторые представляли собой раннюю форму «векселей». В таком случае тот, кто его предоставлял, делал зарубки и надламывал палку. Длинную часть он оставлял себе, короткую — заемщику. При возвращении долга фрагменты составляли и делали на них пометки, обозначающие закрытие «сделки».

Все это свидетельствовало о том, что в Якутске XVII–XVIII веков была развита торговля. В то время как за пределами острога практиковался натуральный обмен, в административном центре широко применялись «расписки», «долговые обязательства» и «безналичный расчет».

ЦЕНТР СИБИРСКОЙ ТОРГОВЛИ

На протяжении всего XVII и первой трети XVIII веков Якутск считался самым богатым городом Сибири. Сюда стремились многие купцы. По данным якутской таможни, в 1641 году — на десятый год с момента основания острога — на промыслы прибыли 545 человек, а в 1645 году — 643. Крайне высокие показатели по тем временам.

Места для обмена строго регламентировались. Так царская Россия предотвращала попытки избежать пошлин. Розничная торговля велась на базаре. А вот оптовая — в гостином дворе, который появился в Якутске уже в 1643 году. Там же купцам сдавали складские помещения.

Оптовая скупка поражает своими масштабами даже сейчас. В 1654–1655 годах всего 13 купцов приобрели 6 760 соболей. Такие объемы обмена требовали строгой системы учета. Да и монет на весь товар не запасешься. Поэтому счетные бирки в таких «операциях» были не заменимы.

Именно якутская воеводская печать стала геральдическим прообразом нынешнего герба Якутска. Посмотреть, в чем хранили подвесные печати, и, вероятно, ту самую воеводскую печать, можно на выставке В Музее археологии и этнографии СВФУ «Якутский острог: сохраняя историю, строим будущее. Новые открытия». Она будет действовать до октября. Там же вы можете взглянуть на фрагменты берестяных грамот и первые якутские «чеки». Проект позволяет более полно узнать о прошлом города, который в скором времени отметит свое 400-летие.

Вероника САФЬЯННИКОВА