Сара — так называли Луну некоторые якутские рода

Луна по-якутски ый. Связано это слово с тюркским ай — Луна. Возможно, на общетюркское ай (чтобы исказить до ый) фонетически повлияло китайское 月 юэ «Луна». На эту версию указывает якутская поговорка «күн буол, ый буол», что в переводе «Стань [мне] Солнцем, стань [мне] Луной». Что буквально означает «помоги мне, будь покровителем». Как бы освещай мне путь своим светом, о, светило.

Полная Луна. Снимок в телескоп

С другой стороны, күн и ый созвучны китайским (перенятым частично и окружающими Поднебесную степными кочевниками) титулам гун «великий князь; герцог» и юэ «князь». Тогда становится ясно, у кого просит простолюдин милости — у своего правителя или признаваемого выше себя человека. Опять же Солнце, как великий князь, и Луна, как князь, влияли как на поведение людей, так и на все Мироздание.

Любопытно сравнить сочетание 刖, читаемое также юэ «отрубать, отрезать (например, ступни или ноги — в качестве наказания)». Один из иероглифов соответствует Луне. То бишь здесь видим образ убывающей Луны.

Другое название Луны в ходу у вилюйских якутов — Быака, исследователи (например, диалектолог Спиридон Иванов) возводят его к быа «веревка» + -ка (уменьшительный аффикс), чему способствует словосочетание из шаманского фольк­лора вилюйских ойуунов: «Быака быстар кэмэ кэллэ» — «пришло время порваться Быака», где Луна сравнивается с веревкой. То есть, находясь в форме тончайшего убывающего серпа месяца в виде С, в следующую ночь становится невидима — «рвется» или «умирает», чтобы через несколько дней «воскреснуть».

Тем не менее приходится решительно отвергать этимологию от быа «веревка». Ведь прослеживаются совсем близкие аналогии с тунгусо-маньчжурским словом Беега, что тоже означает Луну. У якутских ойуунов так чаще называют Өлүү ыйа «Луну погибели Нижнего мира», Кэл­тэгэй ый «Ущерб­ную луну Нижнего мира» или истончившуюся убывающую Луну на последних фазах.

Тунгусское влияние понятно в данном случае, ведь вилюйские якуты в крови имели немало эвенкийской крови (многие старики рассказывали, что поколением ранее их предки были оленеводами), да и продолжали контактировать с тунгусами, жившими западнее и северо-западнее (в современном Красноярском крае). А эти направления как раз указывают в условном шаманском компасном картуше пути к Өлүү ыйа.

Свет полной Луны называли Толон или Толун. Предполагают, что основа слова тюркско-якутское туол «наполняться». Также можно вспомнить монгольское слово толи «светить». Родственно монгольскому толи и эвенкийскому толенг «шаманский круглый металлический диск, зеркало». Другое якутское произношение тунгусского толенг — Түлүөн. Так звали родоначальника вилюйских якутов шамана Түлүөн-ойуун.

Если брать названия Луны в якутском шаманизме, то вспомним парные металлические пластины эмий кэрэтэ. По-староюкагирски эмим пугу ‘ночное солнце’. Эмий кэрэтэ на грудине шаманского костюма возможно не столько «грудные соски», а сколько юкагирское эмим «ночное» и якутское кэрэ (кэрэ көстүү «дивное видение») или кэрэх.

Называли Таҥара күбэ — это от якутского күп в притяжательном аффиксе, восходящего к древнетюркскому күп «глиняный сосуд; плошка». Таҥара күбэ можно назвать «Плошка божества» или «Небесная плошка». Ойууны называли Кудай күбэ «небесный сосуд».

Существовали словосочетания күбэ туолан эрэр и күбэ уолан эрэр. Слова туол «заполняться, наполняться» (вспомним и упоминавшийся выше термин Толун «Полнолуние»), уол «убывать; испаряться (о водоеме)» подтверждают, что светило считали сосудом. То есть күбэ туолбут означает «[небесная] плошка наполнилась». Чем наполнилась? Наполнилось сүрбэ или сүлдьэ «силой вселенной Аар Кудай или Аар Куйаар». А күбэ уолар «[содержимое] чаши испаряется», т. е. Луна убывает. Архетипичное мышление предков якутов объясняло это тем, что небесные волки торҕон бөрө и небесные медведи сырҕан эhэ начинали поедать содержимое глиняной чаши — жизненную силу, и в итоге небесное светило истончалось и исчезало, а затем начинало наполняться вновь.

Пока Луна наполнялась силой света и жизни, якуты, как и их давние степные предки (по крайней мере, культурные предки), спешили совершить как можно больше дел. Когда же Луна шла на убыль, то наши предки становились медлительнее, степеннее, экономнее и старались излишне не перенапрягаться.

Добавим к ряду «небесное светило — сосуд» еще один пример. Ойууны также называли солнце чоҥой ‘деревянная плошка’.

Наложение фаз Луны на схему якутского шаманского бубна. Рисунок и надписи этнографа Валерия Васильева

САРА-КУО

Однако же ойууны называли Луну также Сара, что очень схоже с рассмотренными выше словом Күп и словосочетанием Күбэ туолбут.

Сара — это по-монгольски и есть Луна. Казалось бы, однозначно восходит к общетюркскомонгольскому понятию сар, йар «светить». То есть то, что светит в ночном небо­своде.

Однако здесь произошла накладка двух понятий. Дело в том, что по-монгольски есть омоним Сара «Луна», и это сара «глиняный сосуд». Полная семантическая аналогия с древнетюркским күп «глиняный сосуд». И вот к этой семантике можно наскрести достаточно много параллелей. Вот, допустим, слова «саар» и «саарык». Второе слово чаще встречается в фольклоре и сведениях по якутскому шаманству — Өлбүт саарыга «жребий мертвеца», т. е. дорога в Царствие мертвых в виде темной реки, по которой плывут души покойных в виде мертвых тел.

Э. К. Пекарский объясняет саарык «жребий» как русское понятие «шарик для метания жребия»… Как вариант называют «саар». Саар/сара, как нам указал этнограф Валерий Васильев, есть и в сочетаниях саар булгунньах или сара булгунньах. Объясняется как большой и широкий холм или курган. Чаще всего на таких местах ставят воздушное захоронение или копают могильные ямы в земле. На наш взгляд, здесь подходит понятие сара «сосуд», ведь глиняный горшок полезен своей пустотой, а курган имеет также полости могильных камер. Валерий Васильев видит то же сара в моҕол саар или моҕол сара и указывает, что моҕол в сибирско-татарском языке означает «могилу».

Развивая эту идею, мы предположим, что саарык, в качестве дороги в Страну мертвых, может быть лунной дорожкой на водной глади.

Так встречается ли Сара в якутском фольклоре? Да, так звали жену одного из троих предков якутов Омогой-бая — Сара-Куо. Семантика имени «Красавица Луна». Говорят Сара-Куо была дородной женщиной со светлой кожей и абсолютно круглым, как сковорода, лицом, что придавало ей вид полной Луны.

Возможно, что Сара-Луна вкралось и в имя главного древнего (ныне забытого) божества якутов Үс Сараҕас Мунаа Трехветвистое Широкое Туманное Сияние. Намские якуты так звали Верховное божество якутов. Вилюйские якуты во времена Второй Камчатской экс­педиции (первая половина XVIII столетия) показали исследователям, что это божество Запада — лунный диск чаще скрывается за горизонтом на западе, а, стало быть, сравнение Сараҕас с Луной-Сара видится более или менее правдоподобной версией.

Э. К. Пекарский переводит сараhын «с обнаженным лицом, наголицый, прилипчивая болезнь». Приводит бранное выражение: сараhын сырай «наголицый; лукавый; злой дух; идол; эпитет духа-птицы Араат-моря».

Возможно, эти понятия происходят не от саралаа, сараа «обдирать, обнажать, оголять, задрать какой-нибудь покров», а восходят к Сара (Луна).

Фаза растущей Луны. Фото автора

Ущербная Луна Кэлтэгэй ый Нижнего мира — обрезанное и вогнутое китайское бронзовое зеркало из висюлек шаманского кафтана. Фонды МАЭ СВФУ

Владимир ПОПОВ