Арт-кафе «Подвал бродячей собаки» является одним из культовых мест Санкт-Петербурга. В начале прошлого века здесь впервые встретили вместе Новый год Ахматова и Гумилев, читали свои стихи Маяковский, Есенин, Мандельштам и Северянин. Здесь танцевала прима Мариинки Тамара Карсавина, играл юный Сергей Прокофьев, а Мейерхольд создал тут «Товарищество актеров, писателей, художников и музыкантов». Завсегдатаями ночного кабаре были художники Юрий Анненков и Марк Шагал, литературовед Виктор Шкловский, драматург Николай Евреинов и будущий первый нарком просвещения РСФСР Анатолий Луначарский. Единственным, кто недолюбливал это место, был поэт Александр Блок. Для нас, якутян, арт-кафе интересно еще и тем, что в 1913 году Василий Никифоров — Кюлюмнюр прочитал здесь свою пьесу «Манчары». Сегодня мы вспомним об этом замечательном событии.

Достал лыжи с балкона, а они выгорели. Надпись пожелтела и под серым, потускневшим лаком будто потеряла резкость. У меня бюджетные, но с кантом для конька, под мой рост. Смотрю: на одной палке темляк пропал. Видимо, дети брали и потеряли. Ладно, такой ленты у меня нет — привязал веревку, руку вставил, проверил. Не слетает, удобно. Не хочется по магазинам бегать и искать — воскресенье. Город спит. А мне «если отдых, то активный, если праздник, то спортивный». Так что — на природу, на Зеленый луг. В окно взглянул: солнце невероятное. И луг сейчас ослепительно белый!

Якутские названия драгоценных камней с экскурсом в анатомию. Как назывались по-якутски алмаз и жемчуг, другие драгоценные камни и изделия из них? Вообще, знали ли якуты драгоценные камни? К каким родственным и неродственным языкам тянутся истоки этих древних слов? Тема эта малоизвестная. Ранее мы затрагивали ее лишь частично. Приведем и те обсуждаемые нами ранее сведения, и абсолютно новые.

Загадка происхождения, нюансы, этимология имен. Давайте выберем для разбора олонхо не из числа наиболее известных, например, «Ньургун Боотур» (хотя и там этимологии были бы интересны). А напротив наименее популярные и малоизвестные (в наши дни), имеющие имена героев и антигероев с наиболее запутанной историей происхождения. Ну и раз Ысыах олонхо проводится нынче в Кобяях, то и сказание пусть будет оттуда — «Бэриэт Бэргэн» олонхосута Муотаана (родом из Сииттэ, до 1937 года относился к Намскому району, а после — к Кобяйскому). Тем более что это мой дед.

Несколько лет назад мы подробно рассказывали о визите в Якутск вице-президента США Генри Уоллеса. «Великий примиритель» и «американский Столыпин» — именно так политик вошел в мировую историю — приехал к нам весной 1944 года. В поездке его сопровождали восемь человек: три дипломата, специалист по советскому праву, представитель службы военной информации США и три офицера.
 

Степные злые духи добры к нам, а наши демоны являются светлыми божествами для буддистов и индуистов.

Знаете ли вы эти якутские слова? Те якуты, автохтонные предки которых жили здесь со времен мамонтов и шерстистых носорогов, до последних времен любили носить наспинные накидки из звериных шкур. Называли этот вид одеяния «далбахса».

В прошлом номере «ЯВ» выходил материал Татьяны Кротовой о малоизвестном романе Жюля Верна «Цезарь Каскабель». В романе объемом в тысячу страниц повествуется о путешествии цирковой труппы из Аляски во Францию через Российскую империю. Описываются и некие пещерные троглодиты финно-угорского происхождения, якобы обитающие на острове Котельный, что входит в Якутию. А были ли у жюльверновских дикарей прототипы? Да, были в тунгусских и якутских исторических преданиях.

Об авторе: Владимир Семенович Еремеев родился 22 августа 1953 г. Более 20 лет отдал структуре МВД. Вместе с супругой Светланой Юрьевной живут в Олекминске, родили троих дочерей, которые подарили им восемь внуков. Сейчас пишет воспоминания о своей работе в уголовном розыске со своим коллегой, другом Максимом Константиновичем Янковым.

Бернард Шоу назвал Кропоткина «одним из святых столетия», а язвительный циник Оскар Уайльд посвятил ему сказку «Счастливый принц». Жюль Верн не только советовался с ним по поводу новых романов, но и придал княжеские черты герою одной из своих книг. Петра Алексеевича безмерно уважали писатели Лев Толстой, Герберт Уэллс и Франц Кафка, пролетарский вождь Владимир Ленин, глава Временного правительства Александр Керенский и одиозный батька Нестор Махно.